Темные аллеи. Митина любовь

Люблю читать осенью осенние книги)

В холодное осеннее ненастье, на одной из больших тульских дорог, залитой дождями и изрезанной многими черными колеями, к длинной избе, в одной связи которой была казенная почтовая станция, а в другой частная горница, где можно было отдохнуть или переночевать, пообедать или спросить самовар, подкатил закиданный грязью тарантас с полуподнятым верхом... Погружение в ткань повествования еще больше + огромный писательский талант И. Бунина и вот ты уже находишься в горнице невольным свидетелем встречи двух давних знакомых, Надежды и Его Превосходительства Николая Алексеевича. И сразу становится понятно, что эти двое любили друг друга, когда-то давно, очень давно, лет 30 тому назад, любили словно в прошлой жизни.

Грустно-щемящее чувство от строк рассказа, когда выясняется, что прошла целая жизнь, а они так и не были счастливы (ни поодиночке, ни вместе...) И насколько разный взгляд на любовь у мужчины и у женщины, это тоже нам покажет со всей выразительностью автор. Любить до ненависти, до дрожи, не прощая, не вспоминая, любить одного мужчину 30 лет (!), даже будучи разлученной с ним. Похоже на жертву - только вот для чего и для кого, бессмысленную по сути жертву, ведь молодость и прошедшие дни в тоске по невозможной (безответной) любви не вернешь. Да и жизнь не отмотаешь назад...И мужской взгляд, отчего-то вспоминающий лишь физическую красоту любимой некогда женщины, не ее душевные качества, нет...

— Ведь не могла же ты любить меня весь век! — Значит, могла. Сколько ни проходило времени, все одним жила. Знала, что давно вас нет прежнего, что для вас словно ничего и не было, а вот... Поздно теперь укорять, а ведь, правда, очень бессердечно вы меня бросили, — сколько раз я хотела руки на себя наложить от обиды от одной, уж не говоря обо всем прочем. Ведь было время, Николай Алексеевич, когда я вас Николенькой звала, а вы меня — помните как? И все стихи мне изволили читать про всякие «темные аллеи», — прибавила она с недоброй улыбкой. — Ах, как хороша ты была! — сказал он, качая головой. — Как горяча, как прекрасна! Какой стан, какие глаза! Помнишь, как на тебя все заглядывались? — Помню, сударь. Были и вы отменно хороши. И ведь это вам отдала я свою красоту, свою горячку. Как же можно такое забыть. — А! Все проходит. Все забывается. — Все проходит, да не все забывается. И встреча получилась такая же горькая, бессмысленная, несуразная и ненужная (да лучше бы ее и вовсе не было...), оставившая лишь в душе непонятный осадок и ничего не прояснившая. Ни для нее, ни для него. Как тут не вспомнить Вознесенского: Не возвращайтесь к былым возлюбленным, былых возлюбленных на свете нет...Ни к чему бередить душу тяжелыми воспоминаниями, надо жить дальше...

Прекрасный, как впрочем, и всегда у Бунина язык, тонкий психологизм и потрясающая правда жизни....5/5

«Да, пеняй на себя. Да, конечно, лучшие минуты. И не лучшие, а истинно волшебные! „Кругом шиповник алый цвел, стояли темных лип аллеи...“ Но, боже мой, что же было бы дальше? Что, если бы я не бросил ее? Какой вздор! Эта самая Надежда не содержательница постоялой горницы, а моя жена, хозяйка моего петербургского дома, мать моих детей?» И, закрывая глаза, качал головой.

Рассказы Бунина - как семечки. Пока присела погреться на солнышке - половину сборника намахнула. Я помню, как я читала Бунина летом в школе. И помню - что мне не нравилось. Тогда, в 15-16 лет, я просто не могла понять его тем - зрелости, любви в разных проявлениях. Буду рассуждать немного обще, потому что одного рассказа для анализа - явно маловато. Сам заглавный рассказ - довольно простенький. Встретились бывшие любовники - и устыдились... Вот в принципе и все. Бунин настраивает на такой, солидный и академический разбор. Чувствуется крепкое перо, выверенный стиль. Тема сборника - любовь во всех ее проявлениях. Мне понравился рассказ "Кавказ", который пересказывала Юзефович в выпуске "Книжного базара" про брачный сюжет. Когда муж нашел любовничков, сваливших отдыхать, и... И - вроде "Степа" про барина и девку, который обещал женится и... С возрастом мне все больше нравится эта рассказная форма - что у классиков, что у Шмитта. Потому что если в романе надо наваливать и раскручивать - в рассказе как-то сконцентрированно, и часто с интересным сломом. Что мне бросилось в глаза чисто бунинское... Рассказы написаны в 38м году, уехал он из России... Но в его рассказах (возможно, в этом сборнике) - очень силен дух ностальгии по той, досоветской. Очень вспомнились мне по духу Владимир Гиляровский - Москва и москвичи и Иван Шмелёв - Няня из Москвы . Когда, может, и были бары и слуги - но люди были душевнее и счастливее, и этого страха и неразберихи не было... Бунин, как мне показалось - писатель академичный. Хорошо подмеченные характеры и лики любви, описания. Но... Чехов и Шукшин из рассказных классиков мне нравятся больше.

Цикл рассказов «Темные аллеи» написан И.А. Буниным в 1937-1944 гг. в период нахождения автора в эмиграции.

Весь цикл получил название по одному из рассказов, входящих в него. Главная тема всех историй – любовь. И я с самого начала задалась вопросом: почему же такое название? Сам автор прокомментировал это тем, что он хотел показать любовь не только с романтической стороны этого слова, но и рассказать, что она может быть жестока, безответна и безнравственна, иначе говоря она может завести во тьму.

Счастье в выше указанных рассказах всегда краткосрочно, хотя нередко может определять всю дальнейшую жизнь одного из героев.

«Темные аллеи» считаются лучшим произведением И.А. Бунина. Я прочитала у автора только их. И если это лучшее, то, наверное, за другие и не стоит браться.

Все время чтения, а я честно долго размусоливала и заставляла себя прочитать ещё хоть пару страничек, меня не отпускало чувство… как- будто я постепенно погружаюсь в грязное болото. Все эти рассказы написаны так «по-научному» сухо, автор как будто пересказывает нам новости из сегодняшней газеты. Хотя порой за этим канцелярским языком скрываются изнасилования и сломанные судьбы.

В общем думаю с Буниным мое знакомство на этом заканчивается. Сказать, что мне не понравилось – не сказать ничего.