История о поцелуях двух полячек. Да, шучу. Поцелуи в губы будут и признания одной женщины в любви к другой, но эта тема не главная. Хотя, жаль Иоланту. Её проницательность и прямота приглянулась мне. * Начну сначала. Книга о бесконечном трёпе как бы интеллигентов и цвета польской нации. Независимая Польша после Первой Мировой войны. Народ где-то там в стране живёт сам по себе. А интеллигентишки каждую ночь слоняются из ресторана в бар, из бара в дансинг, а потом ещё куда-нибудь до девяти утра и треплются, треплются, треплются о себе любимых. Это же какая тяжкая работа: наносить ответные визиты, отшивать поднадоевших куриц и гусынь, растрачивать родительское наследство, страдать похмельем и неудовлетворёнными желаниями... От мнящими себя умами нации я устала через несколько страниц их трёпа, а автор всё никак не сокращал великопольское словоблудие. И над чем надо смеяться? Нет, ржать? Надо ржать в присутствии человека семитской внешности над неправильными произношениями английских слов вымышленным раввином. Ну да, сами придумали, сами поржали, а тот человек в ресторане сидит, глотает насмешки и ропота возмущённого не поднимает. Зная будущее Европы, трудно было не кипеть от их трёпа. Женщина для них - курица, для которых существуют три фразы: "Раздевайся", "Одевайся" и "Приходи в пятницу". Работающий человек для них - "удобный инструмент". Короче, автор почти весь роман старался меня выбесить, а я думала о другом. Куда денется вся эта болтливая пена через десять лет: сольётся грязным стоком в Темзу или пойдёт на подвиг? И ещё, ранимым феминисткам искренне роман не рекомендую, иначе полыхать у них будет часто. А у цвета нации полыхало, почему Европа читает Достоевского с Толстым, а не их, родимых. * Доленга-Мостович начал сюжет романа с того, чем обычно заканчиваются индийские и латиноамериканские сериалы: разоблачения подмены младенцев. Вторая подмена в книгах апреля - это знак... В результате разоблачения один двадцативосьмилетний образованный мальчик внезапно стал бедным и беспородным, а второй - необразованный, но упорный двадцативосьмилетний мужчина внезапно обрёл баснословное наследство. Роман называется "Три сердца", но влюблённых сердец здесь будет больше. Покажут нам и развитие абьюза. Бывший наследничек в европейских и лондонских университетах научился бухать, болтать, ныть о своей несчастной доле и требовать милостей у судьбы в разных лицах. В счастливый финал, предоставленный автором для главных героев, не очень верится. Счастья не досталось тем, кому я симпатизировала. *** Недоумевала от постоянных польских имён Кейт, Роджер и Фред. Это что, мода такая, подражать Облонским? Так те жили за полвека до этих героев, а мода не изменилась. Та самая Кейт пренебрежительно (а чего от неё иного ждать) высказалась о страдающих русских. Ха-ха три раза. Мужское окружение Кейт выдало ей столько польских слёз, нытья, падания на колени, заламывания рук и воплей, что иной бы хватило до конца жизни. А Кейт разыгрывала ангела и само совершенство. Короче, Болливуд отдыхает. Читайте, если можете выдержать сентиментальность мужчины-нетакуси и пьяные разговорчики людей, не обременённых зарабатыванием грошей на день грядущий. По-моему, схожие диалоги у Куприна интересней.
36 понравилось
