Хуже нет читать произведения, сохранившиеся только в набросках, без конца или без начала, когда авторский замысел не воплощен до конца и остается только догадываться, что он хотел сказать. Хотя данная вещь выглядит вполне оконченной и цельной, но в середине явно не хватает нескольких строф и начинается оно внезапно, так что, возможно, автор задумывал нечто совсем иное. До этой осени я и не подозревала, что Оскар Уайльд писал не только салонные комедии, но и трагедии в духе Гюго или Шекспира. Перед нами классический любовный треугольник из мужа, жены и любовника, и только смерть способна разрешить все противоречия. Когда-то я очень любила такие истории, в которых кипят страсти, звенят шпаги и льется кровь. Со временем "дух романтизма весь не вышел, хоть стал совсем не тот уже", однако эту пьесу я прочитала с удовольствием. Изысканный стиль Уайльда, отточенный в комедиях, не изменяет ему и здесь. Впрочем, трагедия ли это, точнее, только ли трагедия? Последние реплики героев наводят на мысль, что автор хотел добиться совсем иного эффекта. А снова пробежав глазами пьесу, я обнаружила, что Симоне не так-то прост, что все его реплики, обращенные к Гвидо, полны сарказма, и это заставило меня посмотреть на авторский замысел под иным углом. Могло ли случиться, чтобы задуманная трагедия оказалась трагифарсом?
11 понравилось
